Итак, наука о душе должна представить основания для согласного развития всех видов деятельности человека, имеющих посредственное или непосредственное отношение к природе его души. Но, чтобы найти эти основания, показать их твердость, самостоятельность и постоянное влияние на жизнь, ей надобно идти к своей цели не с конкретною массою фактов внутреннего опыта, сколько озаряются они сознанием, а взять полный состав их как одно целое и содержание его расположить так, чтобы факты жизни чувственной не смешивались с чисто духовными, предшествующие не выступали за последующими, производные не поставлялись в уровень с коренными. Очевидно, что для этого психология должна предварительно пересмотреть все явления, какими фактически обнаруживается жизнь души, и, раскрыв свойства каждого из них, по этим свойствам поставить их под известные категории. Через такое распределение и раскрытие отдельных явлений души все озаряемое в ней сознанием представится нам в порядке стройности и определенном отношении, — мы увидим перед собою как бы полный нравственный организм, в котором каждый орган на своем месте, все составлено, слаженно, приведено в надлежащую связь с целым и ожидает только действия основной силы, чтобы это нравственное целое пришло в движение и выразилось всеми видами нравственной человеческой жизни. Часть психологии, занимающуюся исследованием и распределением отдельных явлений духовной нашей природы, мы изложим под именем феноменологии души. Потом, когда все факты внутреннего опыта, какие только доступны ему при свете сознания, будут исследованы и поставлены в надлежащее между собою отношение, — сознание укажет опыту еще на один такой факт, которого бытие как непосредственно сознаваемое, хотя не подлежит никакому сомнению, однако ж для опыта само в себе недоступно. Этот факт есть Я, или живое начало, обнаруживающееся деятельностью всех рассмотренных опытом сил и условливающее собою единство их, — этот факт есть душа. Сознание нудит определить ее, но опыт не находит в себе сил непосредственно войти в вышеопытные условия ее существования. Что же делает он? Следуя обыкновенной своей методе, он принимает за основание полный состав явлений, как они сгармонированы им, и от этого нравственного организма, в котором должна существенно выразиться душа, заключает к ее природе. Этим именно способом психология придет к определению души и найдет в ней источник жизни, столь разнообразно и с таким постоянством льющейся под формою всех духовных и животных ее деятелей. Рассматривая жизнь души во всех ее видах и замечая законы ее развития в каждом виде, наша наука раскроет вторую часть своего учения, которую по всей справедливости надобно назвать биологиею души. Но между тем как все явления в области сознания, проистекая таким образом из одного и того же начала и по известным законам жизни совершая свое развитие, будут гармоническим своим соотношением представлять нормальное состояние нравственной человеческой природы, сознание укажет опыту множество и таких явлений, которые, имея свой источник в том же самом начале, по-видимому, следуют однако ж иным законам развития и никак не примиряются с обыкновенным ходом душевной жизни человека. Эти уклонения — то же в душе, что аберрации в движении солнечного луча, или что неправильности в формах природы материальной. Они бывают не всегда; однако ж, имея свое основание в душе, должны в ней же иметь и причину своего проявления, в ней же и законы, по которым проявляются. Эти необыкновенные состояния души, признаем ли мы их состояниями ее расстройства, или ее существования под какими-нибудь высшими условиями, — во всяком случае, относительно к формам нормальной ее жизни они будут болезненными; а потому учение психологии, рассматривающее происхождение и свойства этих состояний, может быть названо патологиею души.
Итак, психология должна изложить: l) феноменологию души, 2) биологию души и 3) патологию души.
В. Карпов.- ↑ К сему же отделу психологических наук можно бы, если угодно, отнести и мнемонику как учение о законах и формах памятования, но мнемоника еще не получила такого развития, чтобы могла держаться самостоятельно. Память едва ли не менее всех других сил души подчинялась доныне психологическому анализу, и законы ее деятельности остаются почти вовсе не разъясненными. Поэтому выходившие в последнее время опыты мнемоники состоят большею частью из замечаний, не имеющих значения психологического, или в собственном смысле научного.
- ↑ Человека, по нравственной его природе, можно назвать живым, олицетворенным силлогизмом: в нем есть общее и частное, теория и практика, и эти термины, подводимые один под другой, в заключение дают жизнь, совершенно соответствующую посылкам. Психология развивает содержание высшей посылки — теорию, общее опять идет своею дорогою и готовит посылку меньшую — факты, частности. Но нередко бывает, что которой либо одной посылки у человека недостает; — тогда при недостатке высшей место ее занимает Я и в заключение дает эгоизм; а при недостатке низшей вся жизнь характеризуется формализмом. Если же нет у человека ни той, ни другой, — она не есть уже предмет психологический, но сознает себя просто как существо, живущее в обществе и ограничивающееся только внешними условиями. В таком случае он управляется лишь законами цивилизации, по требованию которой одно и то же Я является то с +, то с — и, смотря по надобности, выводит в заключение либо о как 1, либо 1 как о. Единственная опора цивилизации есть формальная развитость, или внешняя образованность.